Умерший, ушедший или разлюбивший — встреча в толпе

Сегодня поговорим о том, как психическое убежище позволяет избежать встречи с отсутствием объектом. И логичным кажется следующий вопрос:
А что именно делает возможным выход из него?

Именно здесь представляются особенно важными идеи Рональда Бриттона. Развивая кляйнианскую традицию, Бриттон неоднократно обращал внимание на то, что психическое развитие связано не только с изменением содержания внутреннего мира, но и с изменением позиции субъекта по отношению к собственным переживаниям. Иными словами вопрос заключается не только в том, какие объекты населяют внутренний мир, но и способен ли человек наблюдать собственную психическую реальностьне разрушаясь под её воздействием.

Бриттон описывает это как возникновение «третьей позиции» это позиция позволяющая одновременно удерживать различные, порой взаимоисключающие аспекты опыта. Благодаря этому становится возможным признать реальность утраты не уничтожая внутренний объект и не отрицая продолжающейся эмоциональной связи с ним.

Именно эта способность отличает завершение работы горя от её патологических вариантов.

Пока такая позиция недоступна, психика оказывается перед ложным выбором. Либо признать отсутствие объекта и пережить это как окончательное разрушение внутреннего мира, либо сохранить объект посредством отрицания реальности.

Психическое убежище в этом случае становится единственным способом избежать катастрофического переживания.

Однако развитие депрессивной позиции постепенно делает возможным иной путь.Утрата перестаёт требовать отрицания. Любовь больше не нуждается в иллюзии физического присутствия объекта. Память перестаёт выполнять защитную функцию. Именно тогда исчезает необходимость искать объект во внешнем мире.

С этой точки зрения ошибочное узнавание прохожего приобретает особый клинический смысл. Оно свидетельствует не столько о силе воспоминаний, сколько о том, что внутренний мир ещё не располагает пространством, в котором могут сосуществовать любовь к объекту, признание его отсутствия и способность продолжать собственную жизнь.

Бриттон показывает, что психическая зрелость определяется не исчезновением амбивалентности, а возможностью её выдерживать. Это в полной мере относится и к процессу горевания. Завершение работы горя не означает окончания любви и не требует отказа от внутреннего объекта. Напротив, лишь тогда, когда объект окончательно перестаёт нуждаться в постоянном подтверждении своего существования во внешней реальности, отношения с ним приобретают устойчивость во внутреннем мире.

Пост подготовила:
Пепеляева Ирина Михайловна
Руководитель проекта РО Сочи ЕАРПП «Любовь к бессознательному»